Облик христианина как свидетельство его веры во Христа

Автор: о. Евгений Чунин. Ваш комментарий

“Всякая жена, молящаяся или пророчествующая с открытою головою, постыжает свою голову; ибо это то же, как если бы она была обритая. Ибо, если жена не хочет покрываться, то пусть и стрижется; а если жене стыдно быть остриженной или обритой, пусть покрывается. ”
(ап. Павел – к Коринфянам 11:5-11)
Сегодня я хочу снова напомнить вам, братие и сестры, о том, с каким вниманием мы должны относиться к своему христианскому облику, в особенности в связи с наступившим летом. И мое нынешнее слово в первую очередь будет обращено к женщинам, нашим прихожанкам разного возраста.
Все мы знаем, в каком христианском облике, в какой одежде подобает нам приходить в храм Божий и, вообще, в каком виде пребывать во время молитвы. Слава Богу, в старообрядчестве эти порядки являются общепринятыми и соблюдаются повсеместно; в отдельных храмах могут существовать еще и местные, более строгие обычаи. Так, в нашем храме давно уже стало доброй традицией, что многие христиане имеют особенную церковную одежду: все прихожане, а не только клирошане, шьют себе женщины – красивые однотонные сарафаны, мужчины – строгие черные кафтаны, чтобы за богослужением меньше отвлекаться на одежду и внешний вид свой и других христиан. И это, безусловно, хорошо, это помогает сосредоточиться на молитве.
Однако, летнее время каждый раз приносит дополнительные соблазны и иногда все-таки приводит к некоторым «сбоям» в установившемся порядке. Кто-то пришел в слишком коротеньком платье или юбке, у кого-то не по-церковному короткий рукав… Такому человеку прихожане могут сделать вежливое замечание, подсказать, как правильнее следует одеться для посещения храма – на это не следует обижаться. Но как чинно, как торжественно совершается богослужение, когда не только церковнослужители, но и все остальные его участники своим внешним видом, возвышенным настроением и подчеркнуто строгим поведением показывают всеобщее единение в совершаемых богослужебных действиях!
Но обращали ли вы внимание на то, что происходит, лишь только завершится торжественное действо церковного служения? Как некоторые из наших добрых и усердных прихожанок, чуть дождавшись окончания молитвы, стремятся побыстрее скинуть с себя этот благолепный христианский облик и оставить его в храме на вешалке… Я говорю теперь уже не только о сарафане или кафтане: сарафан – дело добровольное. Вместе с церковным сарафаном некоторые дамы готовы тут же снять и платок с головы, и вот, наскоро забежав в раздевалку, выходят из церкви Божией простоволосые, оставшись в легком открытом платьице. Причем так поступают не только самые юные, но даже и вполне «взрослые» наши прихожанки… Они рассуждают примерно так: церковная служба уже закончилась, и потому, мол, требования к внешнему виду могут быть пока отставлены. Да, церковная служба завершилась, но разве наша обязанность сохранять христианский облик ограничена только временем богослужения?
Все мы любим присутствовать на торжественных венчаниях. Мы привыкли к тому, что прежде, чем состоится венчание, невесте благословляется носить повойник (убрус). Для этого священником прочитывается специальная молитва, после которой повойник возлагается на главу невесты. Итак, каждая невеста, еще прежде, чем станет женой, приемлет благословение носить повойник (и, значит, покрывать свою голову) – в знак того, что теперь она уже не является свободной, какой была в девичестве; теперь она вступает в христианский брак и отныне принадлежит своему мужу. И мы понимаем, что такое благословение невеста (как и всякая замужняя женщина) получает вовсе не на время церковной службы, а на всю оставшуюся жизнь. Этим подчеркивается, что теперь на красоту своей жены имеет право взирать только ее муж, и на её волосы – так же, как и на всю прочую её красоту… Нам всем знаком и понятен этот христианский обычай, но почему-то многие из нас, бывает, забывают о значении этого благословения. И каждый раз, снова и снова, эта проблема обостряется весной – когда наступает теплое время, когда все освобождаются от своих зимних одеяний, и когда некоторые в этом «раздевании» стремятся опередить других – снимают с себя несколько больше того, чем было бы допустимо.
Дорогие наши прихожанки, дорогие сестры во Христе! Как больно, как нерадостно все это видеть и осознавать, видеть, что многим из нас не хватает духу хранить с должным тщанием свой христианский облик. Я сегодня намеренно не говорю о том, что при недостаточной целомудренности нашей одежды мы можем оказаться виновны в том, что явим собою соблазн для чьих-то невоздержанных глаз, и эта вина ляжет на нас перед Богом. Конечно, это важное обстоятельство всегда надо иметь в виду, но сегодня я говорю даже не об этом. Давайте зададимся вопросом: как мы проповедуем Христову веру среди неверующих, маловерующих или вероотступников – иными словами, среди большинства тех, кто нас окружает? Стремимся ли мы проповедовать им нашу христианскую веру? Не боимся ли показать им свой христианский облик? Или, может быть, наоборот: вместо проповеди Христовой веры мы скорее готовы , оставив страх Божий, показывать безбожные обычаи и тем самым проповедовать их среди своих христиан, в своем храме? Разве не так это должно быть названо и не таким делом является по сути?
Посудите сами! В какой-то очередной богослужебный день начинается церковная служба – но, как обычно, не все собираются в храм к её началу. Многие подтягиваются позже, когда служба уже идет; приходят наши прихожанки, некоторые, с непокрытыми головами, и прямо так, простоволосые, заходят внутрь храма. При этом проходят мимо таблички, которая висит в притворе на стене – для тех, кто не знает наших порядков, на которой черным по белому написано, что «женщинам входить в храм с непокрытой головой ЗАПРЕЩЕНО»… Проходят, не обращая внимания на эту табличку, в церковные двери, далее – в раздевалку, и там уже достают из сумочки заветный «церковный» платок. Давайте задумаемся: если мы позволяем себе поступать подобным образом, то какими мы показываем себя перед Богом и какой пример подаем другим, тем, кто еще не успел сделаться христианином, не утвердился в соблюдении церковных порядков? Ведь даже и те, кто ничего не знает о церковных правилах, обязаны остановиться у этой предупреждающей надписи: совесть не должна позволить человеку шагнуть далее. Так чего стоим мы, знающие о порядках и так бездумно нарушающие их? Что позволяет нам пройти с непокрытой головой мимо запрещающей надписи? Неужели наше знание о том, что в храме есть заветная раздевалка, в которую мы и спешим побыстрее прошмыгнуть, позволяет нам презреть порядок, общий для всех?
И особенно горько, дорогие братия, и прежде всего – дорогие сестры, что среди тех, кто до сих пор без стыда проявляет подобное малодушие, есть и некоторые наши постоянные и усердные прихожанки, которые ежедневно молятся Богу, добросовестно соблюдают посты и считают себя вполне достойными приступить ко Святому Причастию.
Неужели так трудно, собираясь в храм в воскресный или иной праздничный день, еще дома приготовить себя к посещению храма самым достойным образом? И одеться так, чтобы потом не было нужды надевать длинную юбку поверх коротенькой, и голову повязывать платком не у храма, а еще при выходе из дома? Неужели нам кажется невозможным так поступить? Уж если кто-то стесняется заколоть платок «под булавку», как это традиционно делают женщины-старообрядки, давайте хоть завяжем его назад – такой вариант можно встретить чаще. Может быть, это уже не будет вам настолько страшно? Давайте постараемся и саму дорогу в храм сделать временем нашей молитвы, нашего усердия перед Богом. Давайте постараемся, собираясь к церковной службе, приготовить себя к этому важному делу и по своему настроению, и по своему виду. Но если, наоборот, кому-то это представляется трудным до невозможности – разве мы не должны сами спешить рассказать об этом на исповеди, как о явном проявлении нашего маловерия и малодушия, разве мы не должны сами просить своего духовника определить нам подобающую епитимию для преодоления наших слабостей? Думаю, это вовсе не настолько уж трудно на самом деле. Просто надо однажды заставить себя переступить порог этакой «застенчивости», которую внушает нам диавол и которая, на самом деле, должна быть нам совершенно чужда.
Прошу вас иметь в виду одно горькое обстоятельство. Священнику постоянно приходится общаться с разными людьми, и с опытными, устоявшимися христианами, и с начинающими. И тем, и другим иногда приходится что-то объяснять и даже доказывать, часто возникают разговоры о церковных правилах и порядках. И вот, когда священник объясняет очередной новоначальной христианке церковные требования к внешнему виду, а в это время на их глазах в храм заходит с непокрытой головой кто-то из постоянных прихожанок, заходит уверенно, как к себе домой – какой вывод может сделать из этого начинающая? Поверит ли она священнику, видя, что позволяют себе другие на его же глазах?
Наконец, позвольте привести еще и такой пример. Последнее время, бывает, по телевизору показывают молодых мусульманок: идут по городу молодые девчонки, по их обычаю повязанные платком по самые глаза… Кто-то оглядывается на них, кто удивляется, кто восхищается… Приходилось слышать, как и наши христиане (и христианки!), рассказывают друг другу об увиденном и говорят: «Вот, вера у них какая крепкая!». Какой же стыд нам с вами, братие и сестры – вместо того, чтобы тренировать себя в чинности и строгости, мы уже беремся похвалять мусульман! Беремся похвалять иноверцев, когда наша собственная традиция по строгости не только ничуть не уступает их обычаям, но и во всем превосходит их. А мы, горемычные, оставили свои традиции и теперь чужих похваляем!
Вот о чем, дорогие мои сестры о Христе, мне сегодня хотелось сказать вам. Простите меня, что я вас вроде как немножко побранил, и не обижайтесь, так как об этом постоянно болит моя душа. Давайте, наоборот, вместе воспитывать в себе крепкую веру, такую, которая поможет нам не малодушествовать при каких-то бытовых ситуациях. Давайте научимся думать не только о том, какими нам самим хотелось бы быть или выглядеть, но и о том, как это может отозваться в жизни и в душах других людей.
Не будем забывать, что нам придется держать ответ перед Богом не только за себя, но и за тех, которых мы соблазнили, пусть даже и невзначай. Давайте приучать себя быть христианами не только по своим делам (это, конечно, очень важно), но даже и по своему внешнему виду. Нет и не может быть для нас никакого смущения, никаких страхов в том, что мы – христиане, и выглядим соответствующе.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *


восемь + 2 =